Начало борьбы за Кремль. Почему власть так боится новых выступлений народа?

Трудно вспомнить, когда подготовка власти к митингу оппозиции в Москве носила такой размах. Десятки следственных действий в отношении оппозиционеров, административные аресты самых опасных «врагов государства», множественные угрозы через СМИ и блогеров (в надежде снизить численность протеста). Чтобы организовать все это, требуется напряженная (кроме шуток) работа множества людей: не только оперативников и следователей, но и администраторов, пиарщиков, журналистов и т. п. И это в пору отпусков, когда рабочих рук и так не хватает.

Можно предположить, что сейчас та часть системы, которая отвечает за политическое подавление, находится почти на пределе мощности. Что странно, ибо битва идет не за Кремль, а «всего лишь» за несколько мест в Мосгордуме.

Но, видимо, в Кремле рассматривают это как начало большой борьбы за власть, которая развернется в стране в 2020–2024 гг. От того, как будет сыграно это начало, во многом зависит и исход всей борьбы.

Тревогу власти можно понять: многое указывает, что страна беременна если не революцией, то большим и серьезным протестом. Рейтинги власти на многолетних минимумах, реальные доходы населения не растут годами, запрос на социальную справедливость и равноправие все выше, люди устали от санкций и не видят перспектив, поражения кремлевских кандидатов на выборах случаются все чаще, регионы зарядились энергией протеста (Шиес, Екатеринбург, Ингушетия), численность протестных акций растет — кто-то обязательно складывает все эти предпосылки вместе и делает вывод, что режим находится перед самой масштабной угрозой за все время своего существования.

И многим людям во власти тревожно, ведь оппозиция требует не только политических свобод, но и смены режима, люстрации, посадок, конфискаций, уголовных дел, а по сути и большого передела имущества, перераспределения богатств, нажитых незаконным путем. В случае успеха оппозиции и смены власти условному Сечину от этого не сбежать — весь мир закрыт санкциями, даже в Венесуэле неспокойно, не осталось уголка в мире, где можно спокойно провести старость. Конечно, эта крепость готовится к серьезной обороне.

Правда, сам режим уже выглядит довольно дряхлым, так что работоспособность механизмов его защиты вызывает вопросы. И на переднем крае держать оборону приходится не Сечину и Ротенбергам, а простым полицейским и росгвардейцам, которые тоже читают новости в интернете, видят коррупцию среди своего начальства и думают, чем выплачивать кредит. Их поведение во многом будет зависеть от того, сколько людей они увидят перед собой на митинге. Одно дело — разгонять тысячу-другую недовольных (и проплаченных Госдепом, как говорит начальство) оппозиционеров. Другое дело — оказаться перед лицом десятков тысяч разгневанных горожан.

Начало борьбы за Кремль. Почему власть так боится новых выступлений народа?: 2 комментария

  • 29.07.2019 в 15:39
    Permalink

    Согласно воспоминаниям А. И. Микояна, «через день-два» после описанных выше событий около четырёх часов, его и находившегося у него в кабинете Вознесенского пригласил к себе Молотов. У Молотова уже были Маленков, Ворошилов, Берия, который выдвинул вопрос о необходимости создания Государственного Комитета Обороны, которому отошла бы вся полнота власти в стране. Договорились во главе ГКО поставить Сталина, об остальном составе ГКО не говорили. Все считали, что руководство и авторитет Сталина облегчат мобилизацию и руководство всеми военными действиями. После чего решили поехать к Сталину, который был в это время на ближней даче. Молотов, правда, сказал, что у Сталина такая прострация, что он ничем не интересуется, потерял инициативу, находится в плохом состоянии. Тогда Вознесенский, возмущенный всем услышанным, высказался в том смысле, что если Сталин будет себя так же вести и дальше, то Молотов должен вести за собой остальных членов Политбюро, и те пойдут за ним. Когда приехали на дачу к Сталину, то застали его в малой столовой сидящим в кресле. Он, по воспоминаниям Микояна «вжался в кресло» (так, что у автора мелькнула мысль, что Сталин ждал ареста), вопросительно посмотрел на пришедших и спросил: зачем пришли? Микояну вид Сталина и его вопрос показались странными: ведь, по мнению Микояна, Сталин сам должен был созвать Политбюро. Молотов от имени всех сказал, что нужно сконцентрировать власть, чтобы быстро все решалось, чтобы страну поставить на ноги. Во главе такого органа должен быть Сталин. Сталин посмотрел удивленно, никаких возражений не высказал, сказал «хорошо». Тогда Берия сказал, что нужно назначить пять членов Государственного Комитета Обороны: Сталин будет во главе, затем Молотов, Ворошилов, Маленков и Берия. Сталин заметил, что надо включить Микояна и Вознесенского. Однако, тут завязался спор о разделе сфер обязанностей, который постепенно удалось уладить

  • 01.08.2019 в 15:35
    Permalink

    И, если представить, что такая ОППОЗИЦИЯ придёт к власти после падения «путинского режима», то какими последствиями может обернуться их победа для страны в целом и для народа в частности? Можно утверждать лишь одно: катастрофическими.

Добавить комментарий

Войти с помощью: